Первое, что он сказал после операции: «Мама, я хочу кушать» :: Общество

В свои 10 лет Вадику пришлось пережить не детские испытания. А слово «операция» из его уст звучит, как игра. Так просто он об этом говорит. И, возможно, за его простоту Бог дарит ему новый шанс на жизнь. Во время болезни мальчик укрепился в вере и знает, что все, что с ним происходит,— по воле Господа. Даже когда ему плохо, он не ругается, а терпит и просит помощи, чтобы все это мужественно пережить.

Операция прошла успешно!

К счастью, просьбы родителей и молитвы близких были услышаны, и маме, Анжеле Вакал, удалось собрать нужную сумму на лечение сына.

— Второго марта мы легли на операцию. За время болезни прореха в сердце выросла на 13 мм. Могла расти и дальше. Так что, когда нам удалось собрать всю сумму, сразу же пришли к врачам, а те незамедлительно положили Вадима на операцию. Четвертого его прооперировали. Несмотря на долгое ожидание, нам очень быстро поставили оклюдер (специальное устройство, своего рода заплатка, которое закрыло дефект тканей). Вся операция длилась чуть больше часа,— рассказала мама Анжела.

Все прошло так быстро и сравнительно безболезненно благодаря уникальной технологии — без вскрытия грудной клетки и остановки сердца. Оклюдер был помещен в сердце через артерию в паху. Поэтому уже на следующий день можно было покинуть больничную палату и ехать домой.

Контрольное УЗИ

— Когда врач вышел из операционной и сказал «Операция прошла успешно, поздравляю»,— конечно же, мы сразу в слезы. А тут еще одна радостная новость: сына можно сразу забирать. Мы не медлили и были дома уже на следующий день. А через день нам сделали контрольное УЗИ. Для больницы эта операция была редкой и уникальной, поэтому собралось много врачей, чтобы посмотреть на послеоперационный снимок. Когда увидели, как хорошо стал аппарат, все хлопали в ладоши кардиохирургу,— говорит Анжела Вакал.

Этот снимок УЗИ Вадим теперь показывает всем, как сувенир. А о здоровье говорит, что ему стало гораздо лучше: «Я теперь не задыхаюсь». И ни слова о том, что почти целый месяц послеоперационного периода он чувствовал сильное недомогание, у него кружилась голова, и без того худенький мальчик потерял 1,5 кг веса. Все потому, что он принимает сосудорасширяющий препарат, чтобы не было тромбов, а оклюдер быстрее прижился и оброс тканями.

— Мы очень за него переживали эти несколько недель. Зато потом стало заметно, что он почти не жалуется на отдышку, стал более энергичным. Мне так страшно было слышать, когда он говорил: «Мама, я задыхаюсь, мама, я задыхаюсь»,— добавляет Анжела.

Дети не сразу приняли Вадима

Уже то, что Вадим сам пришел к нам в редакцию,— положительный момент. Как и в первую нашу встречу, он говорил без умолку: о политике, своих увлечениях, прочитанных книгах и обязательно хоть пару слов на тему, которую мы в этот момент обсуждали с его мамой.

— Он всех заговорил в реанимационной. Это при том, что он лежал. Представьте, как он ведет себя сейчас, когда ему стало лучше,— рассказала перед встречей о состоянии сына Анжела.

Кстати, мальчик не теряет время зря. Пока большие нагрузки ему запрещены, он делает то, что вполне ему под силу: ходит в студию телевидения и прессы «Вместе».

— Это центр отдыха досуга и развлечений для детей,— отрапортовал Вадимка.— В моей студии обучают журналистике, актерскому мастерству, режиссуре и так далее. Я пошел туда 21 марта, и за это время мы уже начинаем практиковаться в роли журналиста и ведущего.

— А кем тебе больше нравится быть?

— Мне нравится быть журналистом. Но у меня еще неплохо получается быть тем, о ком рассказывается в программе. Как, например, о французе, который съел 18 велосипедов, 15 железных магазинных телег и один маленький железный самолет, на котором могут поместиться 2 человека. У меня очень получился этот репортаж.

Мальчик, видимо, имел в виду, что умеет легко вживаться в роль своих героев.

— Что больше всего нравится делать в студии?

— Мне нравится там обучаться, мне нравится дружить с детьми. Когда я поступил, был в старшей группе, где детям по 12-13 лет. Но группа меня не любила. Очень меня не любила. Просто не приняла. Меня это капельку огорчило, но ничего... Бывает всякое. И я поступил в другую группу, где всем от 10 до 11 лет. И здесь у меня есть друзья, здесь меня воспринимают...

Инвалидность пока не снята

Операция прошла успешно, у Вадима появилось новое захватывающее увлечение. Такое же захватывающее, как и все, за что бы он ни взялся. Но, как ранее сообщала «ДП», у мальчика инвалидность по атопическому дерматиту в сильно выраженной форме.

— Нами заинтересовался областной аллерголог, так как наш случай неординарный, выражен в очень сильной форме. Мы начали сдавать серьезные анализы, и пока нам назначили комплекс витаминов, чтобы подтянуть иммунную систему,— рассказывает мама.

Еще одна операция

Пока Вадим проходил обследование, еще в декабре, у него обнаружили паховую грыжу. От операции тогда пришлось отказаться. Зато через полгода (именно столько длится восстановительный период после операции на сердце), можно будет удалить грыжу. Но здесь уже не нужны баснословные суммы и сама операция не относится к разряду сверхсложных. Так что пока Вадим ни о чем не думает и старается освоить как можно больше интересной информации, развить себя в различных сферах, успеть везде. Ведь он знает, что такое жизнь и сколько она стоит!

P.S. Когда семья Вакал покидала редакцию, Вадим, как он любит, на ушко сказал мне, чтобы я начала ходить в церковь, и именно православную. И у него столько доводов, почему именно в эту церковь, что тяжело поспорить. А может, он знает что-то такое, чего не знаем мы?