Вместе с 10-летием принятия Конституции в Украине несколько дней назад был еще один юбилей, правда, трагический. 2 июля исполнилось 10 лет со дня трамвайной аварии в Днепродзержинске, унесшей несколько десятков человеческих жизней и признанной экспертами одной из самых страшных на электротранспорте в мире.

Вкратце напомним то, что произошло вечером 2 июля 1996 года. Забитый до отказа людьми трамвай «КТМ» ехал по крутому спуску по улице Чапаева. В результате отказа тормозов он на огромной скорости понесся вниз, на перекрестке с проспектом Аношкина сошел с рельсов и врезался в здание школы № 10. Автору довелось тогда через несколько часов побывать на месте трагедии, зрелище было не для слабонервных: покореженное железо, среди которого то, что принято называть «фрагментами человеческого тела». Буквально через 2-3 часа после аварии о ней узнал весь мир, и в Днепродзержинск посыпались звонки и с Сибири, и с Америки, и с Германии — люди связывались со своими родственниками и спрашивали, живы ли они. Тогдашний президент Украины Леонид Кучма объявил траур, был отменен торжественный прием в честь принятия Конституции, в Днепродзержинск прибыла правительственная комиссия во главе с тогдашним первым вице-премьером Василием Дурдинцом. А на церемонию похорон приехал и глава Кабмина Павел Лазаренко.

Может, это будет звучать цинично, но авария 2 июля стала логическим завершением того, что происходило в Днепродзержинске с начала 90-х годов. Этот период можно смело назвать «смутным временем». Началось оно примерно в 1990 году. Тогда в городе была фактически отстранена от власти Компартия, и в горсовет пришло новое поколение, называющее себя «демократами». Понятно, никакого опыта работы в государственных органах у них не было (ведь они были — кто начальником цеха, кто — музыкантом, кто — рабочим), и Днепродзержинск быстро залихорадило. Начались проблемы с общественным транспортом. Днепродзержинцы, думаю, хорошо помнят до отказа забитые автобусы и трамваи, тысячи людей на площади ДМК в долгом ожидании транспорта на Левый берег и «старты надежд», когда приходилось буквально наперегонки бежать к двери автобуса, чтобы в результате мощного штурма забраться в салон. Помнится, водители местного автобусного парка даже издевались над пассажирами: подъезжая к остановке, они подолгу маневрировали, вынуждая толпу буквально гнаться за автобусом. Что ж, Бог, как говорится, не фраер, он все видит и воздает по заслугам — со временем автобусный парк лишился монополии, растерял пассажиров и тихо умер, но об этом — не сейчас.

Не лучше было положение и с трамваями. «Демократические» власти так и не сумели навести там порядок, в итоге работники получали мизерную зарплату, да и ту не вовремя, новые вагоны вообще не приобретались, а старые выходили из строя. Как сообщали в «кухонных беседах» сами трамвайщики, практически каждый вагон выходил на линию с каким-либо изъяном, того и гляди, что-то случится. Работники трамвайного депо несколько раз устраивали забастовки, но мэрия лишь тасовала руководителей, при этом не решая проблем электротранспорта, о котором говорилось выше. Из-за текучести кадров приходилось привозить в Днепродзержинск девчонок из Западной Украины, только-только окончивших трамвайное училище в Виннице, и тут же выпускать их на линию. Понятно, никакого опыта у них не было. А вагонов становилось все меньше и меньше, толпы на остановках — все больше и больше. Лучше всего ситуацию с общественным транспортом охарактеризовали американцы, приехавшие как-то в Днепродзержинск с очередной «демократической миссией», коих в начале 90-х было огромное количество. Увидев толпы унылых пассажиров, они всерьез предположили, что в городе — забастовка транспортников и никак не могли понять, что это и есть «нормальный режим» работы автобусов и трамваев.

Еще одна характерная особенность того периода — паралич власти. Один за другим менялись мэры — Сигаев, Гаманюк, Шершнев — а порядка и законности в Днепродзержинске не было и близко. Началась эпоха самого настоящего «дикого капитализма»: как грибы после дождя, росли уродливые коммерческие киоски, больше похожие на собачьи будки, магазины открывались прямо в подъездах жилых домов, умирали дворцы культуры и кинотеатры, превращаясь то в казино, то в очередные забегаловки. Стихийные рынки возникали везде — на трамвайных остановках и возле школ, у проходных заводов и на автостанциях. Ни о каких санитарных нормах и цивилизованной торговле не было и речи, а власти не было ни видно, ни слышно.

Как известно, в случае безвластия возникший вакуум обязательно будет заполнен какой-то альтернативой. И такая «альтернатива» в Днепродзержинске быстро появилась — в начале 90-х оформился бандитизм. Бритоголовые мордатые «пацаны» промышляли в основном рэкетом, «крышуя» магазины и автозаправки, «металлические» и нефтяные фирмы. Вскоре весь город был разделен на «зоны влияния» между известными «паханами», проще говоря, криминальными авторитетами. Как это часто бывает, иногда «паханы» чего-то не могли поделить, и тогда прямо в центре Днепродзержинска горели киоски и магазины, в самых людных местах взрывались машины, начиналась стрельба в кафе и на улицах. А что же милиция? К сожалению, ее тоже особо не было видно. Скорее наоборот — люди в погонах сами часто были не в ладах с законом. Автору пришлось быть свидетелем, как в ночном кафе подвыпившие милиционеры, поссорившись с кем-то из посетителей, устроили пальбу из табельного оружия.

Вот такая обстановка сложилась на 2 июля 1996 года. В эти дни, кстати, Днепродзержинск пережил еще два потрясения: группа «Приват» во главе с задорным комсомольцем Сережей Тигипко вышвырнула с ОАО «ДнепроАзот», казалось, «непотопляемого» генерального директора Александра Левченко, а в подъезде своего дома на рассвете был буквально изрешечен пулями один из самых известных криминальных авторитетов Виктор Б.

Выводы правительственной комиссии были суровыми. Лишился должности первый вице-мэр Игорь Локтионов (ныне работает первым заместителем Севастопольской горадминистрации), был вынужден уйти в отставку и мэр Сергей Шершнев (ныне — на пенсии, занимается бизнесом, в 2002 году баллотировался на пост городского головы, да не вышло). По личному распоряжению премьер-министра Павла Лазаренко Днепродзержинск первым в Украине получил несколько новых «южмашевских» трамвайных вагонов «Татра-Юг», была оказана помощь пострадавшим и их семьям, возобновлено строительство Баглейского моста. И еще — в город пришел новый мэр, человек из команды Лазаренко, успешный менеджер Василий Швец, который своими четкими и решительными действиями положил конец «смутному времени».
Мы не зря вспомнили эту трагическую историю. Как видно, катастрофа началась в 1990-м, когда к власти в Днепродзержинске пришли непрофессионалы. Конечно, дай Бог таланта нынешним руководителям быстро овладеть азами госуправления, очень бы этого хотелось. Чтобы 2 июля 1996 года больше никогда не повторилось…