Официальной доктрины третьего рейха о причине нападения на СССР придерживались бывшие офицеры вермахта в своих мемуарах, что совершенно естественно. Вот, к примеру, воспоминания генерала Гюнтера Блюментрита: «В январе 1940 г. личный адъютант Гитлера генерал Шмундт рассказал мне о своем разговоре с фюрером относительно России. В своем дневнике я записал то, о чем мне сообщил тогда Шмундт. Отношение Гитлера к России во время той первой военной зимы 1939-40 г., когда эта страна все еще придерживалась дружественного нейтралитета, было следующим. В течение целого поколения в России стояли у власти большевики. Этого времени было достаточно, чтобы перевоспитать русский народ и особенно русскую молодежь в соответствии с коммунистической идеологией. С разгромом Австро-Венгрии в 1918 г. исторический противник России и традиционный оплот Европы против Востока прекратил свое существование. Что касается веймарской Германии с ее стотысячной армией, то она не представляла какой-либо угрозы Советскому Союзу. В течение 20-30-х гг. Советы создали огромную армию, насчитывавшую в мирное время более миллиона человек, и постепенно увеличивали ее. Это предшествовало перевооружению Германии в 1935 г. и поэтому не может рассматриваться как ответ на введение Гитлером воинской повинности. Какова была цель создания такой огромной военной машины? Гитлер мог прийти только к одному заключению: Сталин намерен завоевать всю Европу. Так как вермахт являлся тогда единственным эффективным барьером между Красной Армией и Европой, Гитлер считал, что миссия Германии — ликвидировать угрозу на Востоке и отбросить назад нависшие над Европой силы большевизма».
Если судить по этим материалам, третий рейх вполне внятно заявил о превентивном характере войны, о нападении с целью упредить удар, защититься.
Теория превентивного удара до середины 80-х годов не рассматривалась советскими историками как альтернатива официальной отечественной доктрине, она только подвергалась активной критике наряду с прочими «мифами и фальсификациями» западной истории. Рядовому советскому человеку такая теория и вовсе не была известна.
Многолетнее пассивное умалчивание о реальных причинах неготовности СССР к войне после 1985 года сменилось необычайной активностью отечественных историков, выдвигавших одну версию за другой. Среди этих версий — слабая квалификация советских военачальников, массовые репрессии командирского состава, халатность и небрежность (ничего себе, небрежность) руководителей страны, патологическая недоверчивость Сталина ко всем, включая советских разведчиков и т.д. и т. п. В 80-х годах появились многочисленные теории Второй мировой войны как войны, развязанной тоталитарно-социалистической системой, в которую входили СССР, Германия, Япония и Италия. В 80-90-х годах впервые стали проводить аналогии между СССР и Германией, как государствами тоталитарными, угрожавшими «остальному» миру и прежде всего Европе.
В Советском Союзе давно и тщательно почищены архивы, а то, что и осталось, исследователям почти недоступно.
Обратив внимание на большое скопление германских войск у советской государственной границы (113 дивизий: 86 пехотных, 13 танковых, 13 моторизованных и 1 кавалерийская) и на то, что в настоящее время Германия имеет около 283 развернутых дивизий, а также указав на вероятных ее союзников, Жуков в докладе Сталину 17 мая 1941 г. вносил предложение: «Чтобы предотвратить это (внезапное нападение Германии и ее сателлитов на СССР), считаю необходимым ни в коем случае не давать инициативу германскому командованию, упредить противника в развертывании и атаковать германскую армию в тот момент, когда она будет находиться в стадии развертывания и не успеет еще организовать фронты и взаимодействие родов войск».
Правда, предположение о планах Сталина напасть на Германию подвергается критике, но лишь потому, что «решись Сталин на подобный шаг, он выглядел бы в глазах правительств и народов всего мира агрессором. Советский лидер прекрасно понимал, что это привело бы Советский Союз к полной международной изоляции. Буквально в первые же дни войны СССР против Германии образовался бы мощнейший антисоветский альянс. Это привело бы к краху Советское государство. Отдавая право нанесения первого удара Гитлеру, Сталин был уверен, что вскоре после германской агрессии против СССР образуется сильная антигитлеровская коалиция. Более того, Сталин намеревался использовать огромный военно-экономический потенциал западных стран и демократические силы мира не только для разгрома гитлеровской Германии и ее союзников, но и для распространения коммунистической идеологии и социалистической системы на новые территории и страны».
То, что история не терпит сослагательного наклонения, известно каждому школьнику.
Нападения СССР на Германию 6 июля 1941 года не произошло. Сталину, равно как и Гитлеру не удалось реализовать до конца свои коварные замыслы, даже если они и существовали. Была другая война, тяжелая, кровопролитная, долгая.
Война, завершившаяся победой.