В конце марта прошлого года в семье Калашниковых случилось большое несчастье. Их дочь Аня попала под машину. Размеренная жизнь бывших супругов (отец Ани давно в разводе с ее матерью) и их взрослой дочери, которой недавно исполнилось 18 лет, превратилась в ад. И не только потому, что еще вчера подвижная, жизнерадостная девочка стала инвалидом.

Выписку из истории болезни Ани нельзя читать спокойно. Чтобы не травмировать лишний раз ее родных и читателя, процитирую только одну фразу: «отсутствие движений и чувствительности в правых конечностях, затруднение речи, асимметрия лица, нарушение функций тазовых органов…». Девочку долго лечили. Но каких-то видимых результатов это не дало. Она стала инвалидом 1-ой группы. Александр и Татьяна — врачи, они, поверьте, обошли всех возможных в Днепропетровске специалистов, проконсультировались у них, приобрели все рекомендованные препараты.

Тогда еще супруги действовали сообща. И когда выяснилось, что девочке необходимо восстановительное лечение в специализированном реабилитационном центре, а такового в Украине нет, объявили сбор средств на реабилитацию дочери в Москве. Им помогали всем миром, в том числе и телезрители 51-го телеканала. Насобирали $15 000. Этой суммы вполне хватало на лечение.

Эту клинику нашел для Ани отец. Почему именно 6 Центральный военный клинический госпиталь Министерства обороны Российской Федерации? Потому что, по всем отзывам, здесь работают высококлассные специалисты, которые восстанавливают воинов после тяжелейших ранений. И ценовая политика здесь адекватная. А решающую роль сыграло то, что в клинике есть уникальный швейцарский тренажер «Система Lokomat», который творит чудо — поднимает на ноги лежачих пациентов. 3 июня этого года больница выписала счет на лечение Ани. Александр готов был внести деньги со специального счета, на который поступали пожертвования.

Но мать отказалась везти Аню на лечение в Москву. Она решила распорядиться деньгами на свое усмотрение. А когда муж воспротивился, развязала против него войну в прессе и в судах.

На первый, непосвященный, взгляд, история выглядела вопиющей — бывший муж не хочет давать деньги на лечение дочери, которая осталась калекой. И поэтому некоторые журналисты ухватились за «жареный» сюжет. Но тема оказалась не так проста. И интерес к ней поостыл.

— Если бы я хотел нажиться на несчастье своей дочери, то делал бы это с первого дня,— с болью говорит Александр.— Ведь Аню сбила машина, за рулем которой был ныне уже бывший работник милиции. Состоялся суд, который постановил выплатить потерпевшей стороне 400 тыс. грн. И я отказался от каких-либо денег в пользу своей бывшей жены, хотя предоставил ей все документальные свидетельства своих трат на реанимацию и лечение дочери для составления искового требования. С благотворительного счета, предназначенного для лечения Ани, я не снял ни копейки и не собираюсь этого делать. А жена имеет карточку прямого контроля счета и может в любое время проверять наличие на нем денег. Но этого, видимо, ей мало. Она хочет тратить деньги бесконтрольно. А, зная ее, я не уверен, что все они пойдут именно на лечение Ани.

Мы обратились к Татьяне Калашниковой. Она отказалась комментировать ситуацию и отправила нас к своему адвокату. Светлана Николаевна Вербицкая, адвокат Т. В. Калашниковой, сообщила нам следующее:

— Дело в том, что моя подзащитная вовсе не отказывается от лечения своей дочери, а как раз напротив, очень активно этим занимается. Просто она лучше знает ситуацию с болезнью Ани и выбирает те методы лечения, которые считает более правильными. А вот муж Татьяны Викторовны уже не общался со своей дочерью около года и плохо понимает, в какой стадии находится сейчас процесс реабилитации Ани. Он считает, что надо все собранные деньги потратить на лечение в Москве на аппарате «Локомат». Однако этот аппарат был бы очень полезен год назад, поскольку его основное предназначение — научить больного заново ходить и стоять вертикально. Но сегодня, когда девочка уже восстановила эти функции, неразумно тратить деньги на столь дорогостоящий аппарат. Деньги сейчас нужны на другие цели.

Однако те средства, которые собрал Александр Евгеньевич и которые хранятся на его депозите, он готов выделить только на лечение в Москве. Почему такая категоричность в решении этого вопроса, мне непонятно. Возможно, он преследует какой-то свой личный интерес?

Вопрос о том, на что именно тратить благотворительные средства, рассматривался уже в трех судебных заседаниях. Пока все они завершились в пользу Александра, хотя инициированы его бывшей женой. Теперь пришел его черед отстаивать свои честь и достоинство в суде. Также Александр просит служителей Фемиды назначить аудиторскую проверку использования средств, полученных его бывшей женой от виновника ДТП (если помните, суд постановил выплатить 400 грн).

А пока суд да дело, уходит драгоценное время на реабилитацию Ани. Это подтвердил в беседе с корреспондентом и заведующий неврологическим отделением городской клинической больницы № 4, кандидат медицинских наук Михаил Юльевич Милейковский, который в сентябре этого года повторно рекомендовал начать реабилитацию Ани в Москве, как это сделал еще раньше его коллега, главный областной детский невролог Валентин Михайлович Кириченко.

Что победит в этой борьбе? Алчность, амбиции или все же здравый смысл? Ведь только здравый смысл смог бы остановить эту бессмыслицу и направить все силы и средства обоих родителей на спасение самого дорогого — будущего Ани.