30-летний украинский военный моряк зарабатывает не больше заводского электрика, но командует боевым кораблем, готовится к учениям НАТО.

Командир флагманского фрегата Военно-Морских Сил Украины Антон Гелунов по-серьезному тонул один раз в жизни. Лето, пляж в севастопольском парке Победы, будущему капитану четыре года. Родители заговорились, тем временем храбрый моряк Антоша оседлал надувной матрац и «вышел в открытое море». От берега недалеко, но хорошая волна перевернула матрац. Рядом никого, пришлось спасаться самому.
Особенные мальчишки живут в этом белом городе, похожем на корабль. Дочерна загорелые, они плавают, как рыбы, легко достают крабов у самых глубоких пирсов и с детства знают, что пойдут на флот. Отец Николай Николаевич, морской артиллерист, обошел на десантном корабле Дальний Восток до бухты Провидения. Выполнял секретные задания на Кавказе и Украине, в отставку ушел черноморцем, капитаном I ранга. У сына не было и тени сомнения, куда направиться после школы. Конечно, высшее военно-морское училище им. Нахимова, факультет ракетно-артиллерийских вооружений. Отец был рад, курсантский китель знаменитой севастопольской «Нахимки» так органично смотрелся в их залитом солнцем доме.
Только радость оказалась недолгой. Первый курс Гелунова-младшего выпал на трагический 1993-й.
Сначала слова Ельцина. Прямо в морском походе президент поднялся на борт черноморского крейсера «Москва». И сказал, как поклялся: «Весь Черноморский флот был, есть и будет российским». Был ли он трезв тогда? Корабельное радио передало президентское обещание по всем базам Крыма. За одни сутки севастопольские женщины — матери, жены и сестры моряков — пошили сотни Андреевских флагов. 9 июля 93-го Верховный Совет РФ подтвердил российский статус Севастополя. На площади Нахимова 100-тысячный митинг. Люди поздравляют друг друга, обнимаются, плачут…
Уже через четыре месяца российский парламент расстреляли русские танки. Решение по Севастополю сгорело в пламени «Белого дома». За пять лет учебы, буквально на глазах курсанта Гелунова — бухта опустела. Флот день и ночь резали на металлолом. Воры с большими звездами один за другим зарабатывали огромные деньги и перебрались в столицу.
У Графской пристани опять шли митинги, однако публики собиралось все меньше. Севастополь устал от предательств. Российско-украинский дележ корабельных остатков превратился в настоящий позор. Офицеров выбрасывали в береговую нищету, словно ненужную ветошь. Когда выпускник-лейтенант получил назначение командиром зенитно-ракетной батареи на реально действующий украинский фрегат, это было удачей. Это означало, что в жизни Антона Гелунова осталось море.
С тех пор он служит на «Сагайдачном». Молодой, всего-то 30-летний капитан III ранга. Фрегат по западной классификации означает сторожевой корабль. Ракеты, пушки, торпеды, вертолет. Борт о борт пришвартован корвет «Тернополь». Там командует однокашник и одногодок Роман Пятницкий. Сегодня практически все командиры украинских кораблей такого же удивительно молодого возраста. Они не испытывают комплекса вины за некую измену прежней советской присяге — хотя бы потому, что не принимали ее.
До недавних пор «Гетман Сагайдачный» делил флагманские обязанности с кораблем управления «Славутич». В жуткий ноябрьский шторм еще один корвет «Винница» протаранил левый борт собственного флагмана-управленца. «Сагайдачному» повезло, стоял на доковом ремонте в Николаеве. Потом успешные ходовые испытания на крутой зимней волне. Сейчас лучший фрегат ВМС Украины готовится к учениям НАТО «Совместные усилия». Операция намечена с мая по август в Средиземном море. Командир Гелунов особо подчеркивает: «С нами из Севастополя на учения идет российский сторожевик «Пытливый».
Два его лучших школьных друга, два Олега, теперь офицеры российского флота. Один дивизионный минер, другой служит на противолодочном корабле. Встречаются редко, но черноморская дружба остается крепкой. Их дети тоже пойдут в одну школу.
У капитана III ранга двое сыновей — 5-летний Никита и маленький Артем. Супруга Татьяна пять лет сидела с детьми, однако не выдержала и с недавних пор вернулась на работу в школу. Преподает биологию и географию.
Командирская зарплата еще в прошлом году была 2 700 гривень на руки. В пересчете — около пятнадцати тысяч российских рублей. Примерно столько же зарабатывает севастопольский электрик-судоремонтник. Плюс 300-долларовый оклад жены-педагога. Наверное, потому капитан до сих пор ездит на ВАЗ-2101. Вот так подъезжает к Графской пристани на «копейке» и гордо садится в собственный командирский катер.
Сейчас офицеры ВМСУ ждут очень серьезного повышения служебных ставок. Семья Гелуновых уже присмотрела новое авто. На общем совете подсчитали, что через год потянут «Пежо-406». Ну хотят южане изящного «француза»!..
Хотя не факт, что с машиной получится. Главная задача на 2009-й — поступить в Национальную Академию обороны Украины. Нужно очень непростое «добро» Военного совета, а еще усиленная подготовка к киевским экзаменам. Морской факультет академии, конкурс до пяти человек на место.
В кают-компании «Гетмана Сагайдачного» не принято говорить о политике. По неофициальному кодексу морских профи, политика всегда была как бы моветон: «Наше дело служить Отечеству». Для политзанятий с экипажами есть замы по гуманитарной подготовке. Вчера рассказывали о партийных съездах, сегодня агитируют за Атлантический альянс. Естественно, команды громкой связи фрегата идут на украинском языке. Понять предельно просто — морские термины от форштевня и компаса до камбуза, трюма и гальюна пока не переводятся. Это в пехоте вместо «Смирно» — «Струнко!», а «Равняйсь» заменили на «Шинкуйсь!». Хотя новость — на контейнере сжатого воздуха для торпедных аппаратов выведено свежей краской «сдавленне повітря».
У капитана Гелунова нет своего рецепта от качки. Новичкам предлагаются традиционные флотские сухари, проверенные с ушаковских времен. Зато когда командир фрегата возвращается из похода домой, его ждет «фирменное» меню. Жена обязательно готовит суп-лапшу из индюшатины, жареную картошку с луком и отборным свиным подчеревком.
Есть у коренных крымчан привычка слегка поохать, мол, «мы за лето ни разу на море не были!». Капитанское семейство городские пляжи Севастополя действительно не любит. Тесно, грязно, пахнет. Едут в район «Омеги», где рядом с дачей командующего российским Черноморским флотом есть зона отдыха военно-морских офицеров Украины. Чистый песок, спортивные и детские площадки, свой круг общения — последние годы корпоративный отдых процветает. Приятно посидеть в офицерском пляжном баре с командиром соседнего корвета.
Последний отпуск Антон Николаевич провел дома. Полтора года назад наконец дали квартиру. Новенькое трехкомнатное жилье в очень неплохом Гагаринском районе. Кстати, цены на севастопольскую недвижимость немногим ниже московских. Вот и отдыхал капитан 40 положенных суток, переклеивая обои, собирая кухню и приколачивая книжные полки. Когда становилось совсем жарко, брал детей и отправлялся купаться на любимую «Омегу».
Больше 70% офицеров «Гетмана Сагайдачного» своего жилья не имеют. Лейтенанты экономят, ищут комнаты на Северной стороне. Это через бухту, самая дешевая халупка в тамошнем частном секторе стоит от 100 баксов и выше.
Экипаж флагмана ВМСУ 215 человек. Украинские матросы-срочники служат полтора года, тогда как на суше всего год. Но никто не жалуется — в селе ты не освоишь профессию, не походишь по морям и разным странам. Украинские хлопцы всегда считались хорошими матросами. Призывников набирают со всей страны, от киевлян до крымских татар. По воскресеньям татарам полагается увольнительная в мечеть. В отличие от российских кораблей, совершать намаз на борту «Сагайдачного» не принято.
Россияне и украинцы стоят совсем рядом, у одной причальной стенки. Ближайший сосед — «дивизион плохой погоды», малые ракетные корабли с названиями типа «Туман». Среди них гордость Черноморского флота — ракетные катамараны «Бора» и «Самум». Так называются самые яростные ветра.
Сепер-катамараны ограждены хлипкой колючей проволокой. Тут же стоит пустая огневая точка на одного стрелка. А вообще проход на пирс свободен. Украинские коллеги с интересом ждут, когда соседям выдадут новую «путинскую» форму. Сами они к походным бейсболкам «а ля НАТО» уже привыкли.