На прошлой неделе состоялся «круглый стол» с участием журналистов и представителей правоохранительных органов. Среди них были Алексей Щербатов (УМВД), Светлана Черная (прокуратура области), Ирина Козлова (МЧС), а также Тамара Андрющенко, представлявшая пресс-службу областной госадминистрации. Наши коллеги выражали свое неудовольствие тем, что в последние два месяца представители силовых структур все чаще и чаще либо дают тщательно отфильтрованную информацию, либо пытаются тем или иным образом отказаться от ее предоставления, ссылаясь на тайну следствия, или не пустить корреспондентов в зону какого-либо ЧП, ДТП. А то и вообще замолчать случившийся факт, о котором журналистам приходится узнавать из других источников. Иными словами — городских слухов и сплетен.

В частности, главный редактор «Газеты по-днепровски» Борис Брагинский привел три таких факта. Во-первых, во время трагедии на Мандрыковке представителей СМИ не пропускало к обрушившемуся дому оцепление МВД, не был организован пресс-центр, где бы журналисты могли получать свежую информацию с места событий. А предоставляемые данные были или неполные, или не до конца достоверные, сказал выступавший. Хотя, согласно Закону Украины «Об информации», журналист имеет право работать на месте ЧП, ДТП, техногенных и прочих катастроф, массовых мероприятий и случаев неповиновения властям. При этом всю ответственность за жизнь, здоровье и вверенное оборудование несет сам журналист и редакция, направившая его на место события, а не сотрудники правоохранительных органов.

Второй факт — инцидент с корреспондентом «Комсомольской правды» в Днепропетровске Николаем Тимошенко, произошедший в гостинице «Дом колхозника», где были расселены несколько семей пострадавших. Их условия проживания и хотел заснять журналист. По словам Б. Брагинского, его туда не пустила охрана, которая отобрала у него фотоаппарат, диктофон и мобильный телефон, после чего были вызваны сотрудники Кировского РО милиции. Журналиста отвезли в райотдел и угрожали завести на него уголовное дело, а затем — на медицинское освидетельствование на предмет алкогольного опьянения задержанного. Когда же медпункт оказался закрытым, то Н. Тимошенко высадили из автомобиля и отправили на все четыре стороны. И только после вмешательства прессы, направившей письмо и. о. министра внутренних дел, и реакции руководителя МВД журналист был признан невиновным, в возбуждении уголовного дела отказано, хотя сами действия милиционеров были признаны правомерными, подчеркнул Борис Брагинский.

Третий факт — рассылка по СМИ информации о двух судебных исках, предъявленных Днепропетровским городским управлением внутренних дел к газете «Лица» по поводу публикаций материалов «Иван Купала в погонах» и «О квартирном вопросе с криминальным душком». В последнем речь идет не о поливании грязью сотрудников милиции, а о том, что двух несовершеннолетних выписали из квартиры в связи со смертью их матери, а паспортный стол Кировского РО это дело «пропустил». По данным уголовным делам Днепропетровское ГУ МВД (а не Кировское РО) выдвинуло иск к газете «Лица» с требованием защиты чести и достоинства и выплаты морального ущерба в размере 15 тысяч грн. Хотя, согласно действующему законодательству, государственная структура, коей является и милиция, не имеет права выдвигать к СМИ требований выплаты морального ущерба, а может лишь требовать публикации опровержения. Сама же рассылка подобных сообщений, по словам выступавшего, является давлением на судью при помощи прессы и ТВ.

Приводились журналистами и другие факты: формальные отписки на официальные запросы, рассылка отфильтрованной информации, корректировка сообщений на сайте МВД и т. д.

В свою очередь представители силовых структур предъявили претензии к журналистам в однобокости подачи информации, излишнем стремлении к «жареным сенсациям» и т. д., имеющих место в работе СМИ, по их мнению.

Теперь давайте разберемся по каждому факту. Трагедия с газовым взрывом. Во-первых, в первые часы и даже дни после взрыва условия работы в районе бедствия были таковы, что каждый лишний человек осложнял действия спасателей. Во-вторых, МЧС предоставляло фотографии, оперативные видеосъемки и сводки два раза в сутки. Возможно, журналистам стоило бы дать большую свободу в выполнении ими профессиональных обязанностей. Достаточно вспомнить взрыв газа в квартире на Победе в прошлом году. Тогда журналистов допускали к оперативным съемкам даже в эпицентре взрыва по два человека. Согласен, там под завалом живых не было, поэтому условия были несколько иными. Но и тут можно было позволить корреспондентам вести съемку хотя бы из безопасных точек, где они не могли помешать работе спасателей. Что же касается свободного доступа в СШ № 76, где располагался штаб по оказанию оперативной помощи пострадавшим, то он был обеспечен в полном объеме.

Теперь по второму случаю. Гостиница «Дом колхозника» является частной территорией, принадлежащей Центральному рынку «Озерка». Вахтер и охрана на вполне законном основании не пропускали на эту территорию корреспондента «КП-Днепр». Этот вопрос вообще бы не перешел в разряд проблемы, если бы молодой человек пошел по пути своих коллег из телеканала «Интер» и «11-го канала». Они обратились к директору «Озерки», которая и провела их в гостиницу для съемки и интервью с пострадавшими. Вот и все! Поэтому и мы, уважаемые коллеги, зачастую сами провоцируем правоохранителей на решительные действия по отношению к нам.

Третий факт. А вот тут уже не правы сами милиционеры. Уж коль скоро дело перешло в компетенцию суда, то вмешиваться в его работу и выносимое решение непозволительно никому. Да и требовать денежной компенсации милиция также была не вправе. И самое главное, если мы живем в правовой стране или, по крайней мере, стремимся к этому, то нужно быть готовым к тому, что журналистской критике может быть подвергнуто любое должностное лицо. А то получается, что критиковать президента страны или премьер-министра можно, а милиционера в ранге начальника РО — нет? Другое дело, если критика идет не по существу или действительно кого-то поливают грязью. Но для решения такого рода конфликтов есть полюбовное соглашение сторон или суд.

В итоге собравшиеся пришли к выводу, что сотрудничество все равно придется развивать. Работникам правоохранительных органов не нужно бояться открытости. А журналистам нужно вести себя в любом случае корректно.