Недавно благочинному церквей Никопольского округа протоиерею Анатолию Марущаку исполнилось 70 лет. Поздравить его приехал высокопреосвященнейший владыка Ефрем, Архиепископ Криворожский и Никопольский. В Спасо-Преображенском соборе прошла праздничная литургия.

Накануне я побеседовал с отцом Анатолием. Но разве можно на одной газетной странице поместить все события, случившиеся за более чем полвека, мысли и раздумья, которые прошли сквозь сердце и душу священника?

— Родился в 1937 году, чтобы восполнить демографическую ситуацию в стране,— смеется батюшка (он вообще оказался человеком веселого нрава).— Тогда ведь сложное время было — голод, расстрелы, лагеря…

Родители проживали в Запорожье. Отец Яков Яковлевич работал сторожем на электронном заводе, мать Матрона Афанасьевна занималась домашним хозяйством. У Анатолия были младший брат и четыре сестры.

Он хорошо помнит немецкую оккупацию, лихолетье войны.

По окончании школы поступил в гидроэнергетический техникум на факультет «Промышленное и гражданское строительство», однако мать отговорила его идти работать на стройку, видя, как сильно процветает там пьянство и воровство. Тогда молодой Анатолий устроился на электронный завод в диспетчерскую службу машинистом газодувных машин. Проработал на заводе восемь лет и… поступил в семинарию. Шаг на то время довольно-таки смелый. Ведь церкви повсеместно уничтожали, священников ссылали в лагеря. Над ними издевались в прессе и отвергали в обществе.

— Но я осознал, что наконец нашел себя в этой жизни,— говорит отец Анатолий.— И хотя родители мои были тоже люди верующие, но это был мой выбор, вполне осознанный… В 1970 году, в 33 года, меня направили настоятелем храма Рождества Пресвятой Богородицы, что в Каменке. Этот храм мне до сих пор снится, это как первая любовь — на всю жизнь.

Кстати, о любви. Будучи паломником в Почаевской лавре, он встретился со своей будущей супругой — Алевтиной Степановной. Она была на экскурсии в группе рабочих из Перьми. Записал ее домашний адрес. Стали переписываться. Предложил руку и сердце. Получили благословение родителей. Прожили в согласии и любви 50 лет. Воспитали пятерых сыновей и одну дочь. Дети пошли по стопам отца и тоже стали священниками. Василий служит протодиаконом в Крыму, Сергей — протоиереем в Запорожье, Андрей — протодиаконом в храме Креста Спасителя в Москве, а никопольчане хорошо знают батюшек отца Николая и Михаила, регента хора Спасо-Преображенского собора. Зять Виталий — настоятель строящегося храма в районе райбольницы. Два года назад Анатолий Марущак похоронил супругу. Теперь его отрада — 15 внуков и один правнук.

Приходилось трудно. Советская власть за границей декларировала, что в СССР толерантное отношение к религии, но на самом деле всячески старалась ее придушить. Не имея средств и помощи от государства, церкви постепенно рушились. Люди боялись открыто помогать священникам. Доходило до цинизма, когда парткомы направляли своих людей в церковь, чтобы те следили, сколько батюшка получает за крестины и другие религиозные обряды, чтобы потом «изобличить поповщину». Однако бывало, что и сами партийные боссы, руководители предприятий и учителя-атеисты тайно приходили к батюшке за помощью. И тайно молились.

— Сейчас у меня есть время осмыслить, что успел сделать, а что нет,— говорит отец Анатолий.— Наверное, время не всегда использовал рационально. Есть о чем каяться. Я часто спрашиваю себя: «Что я воздам Господу за все то, что он мне воздал? За все те милости, что я получил в жизни?»