Он сидел на пассажирском сиденье в машине приятеля, едва не засыпая под убаюкивающую музыку и мечтая только об одном — поскорее добраться до дома и свалиться в кровать.

День был тяжелым и поразительно длинным, и ему не терпелось забыть обо всех встрясках и неожиданностях, которые принес этот долгий тягучий день. Когда приятель завел автомобиль, свет его фар на секунду выхватил из темноты очертания женского лица в проносившейся мимо машине. И он вдруг встрепенулся, инстинктивно потянувшись за этим лицом. Наверное, если бы стоял на улице, он побежал бы вслед за удаляющейся иномаркой, чтобы хоть на мгновение задержать взгляд на облике той, которую почти забыл…

…Она примеряла перед зеркалом новое платье. Примерка, казалось, длилась вечно — но ей было бесконечно приятно рассматривать свое отражение в зеркале вновь и вновь, открывая новые черточки в себе, и жадно, как откровение, ловя уникальность этого долгожданного момента. Сказать «новое платье» изначально было неправильно, потому что на самом деле это было ее первое платье — до сих пор она умело прятала свою хрупкую фигурку в нелепые долговязые свитера и бесформенные джинсы. Но это было раньше — до того, как однажды она вместе с холеной модницей-подругой переступила порог шикарного бутика. «Чего изволите?» — спросил у них ухоженный и стильный паренек с бейджем на пиджаке. И пока подруга надменно перечисляла ему, чего же именно она изволит, ее невзрачная спутница, слушая неистовые удары собственного сердца, тонула в его бездонных зеленых глазах. Она очнулась от своего полусна только после того, как оказалась на улице. И с тех пор сотни раз проходила мимо этого бутика, источающего сказочный гламурный свет, с одним только желанием — снова услышать тот же вопрос, но только в свой адрес — и обязательно от этого, как ей казалось, неимоверно красивого и обходительного парня…

… Он спешил на работу, то и дело поглядывая на часы — впервые за несколько лет проспал, потому что всю ночь работал над курсовой. Только под утро решил часок вздремнуть и провалился в сон как в пропасть. А когда открыл глаза, первое, что представил себе, была ехидная усмешка менеджера, так долго не находившего повода для взыскания. Опоздал! Впервые опоздал на работу — да еще на целый час. Открывая дверь бутика и буквально на бегу прикрепляя бейдж к пиджаку, он шагнул навстречу неприятностям и… увидел ее. Девушку в нежном сиреневом платье. Нет, конечно, он не мог догадаться, что вот то жалкое недоразумение, кутающее руки в длинные рукава растянутого свитера, и эта прекрасная дама — одно и то же лицо. Да он и не обратил внимания на нее тогда, потому что целиком и полностью был поглощен созерцанием ее роскошной спутницы с внешностью светской львицы и повадками черной пантеры. Но теперь он готов был поклясться, что во всем свете не было женщины прекраснее, чем она. «Чего изволите?» — вопрос сам сорвался с его губ, и она с лучезарной улыбкой сделала шаг навстречу…

…Она шла по запруженной прохожими улице, такая непохожая на всех вокруг, такая особенная и легкая. Лаковые пакетики в ее руках таили в себе несколько сбывшихся женских желаний в виде потрясающих обновок, но главный секрет таило ее сердце. Впрочем, этого секрета было в избытке — и глаза ее сверкали от счастья, а на губах то и дело играла улыбка. И было неважно, что она два месяца по ночам подрабатывала посудомойкой, и было совершенно наплевать, что пришлось занять недостающую сумму у лучшей подруги. И уж точно было все равно, что прохожие, увязшие в своей рутине, могут посчитать странной девушку, идущую навстречу с таким беспечным и счастливым видом. Главное – что ОН задал ЭТОТ ВОПРОС именно ей! И даже посвятил полчаса своего драгоценного времени ее в общем-то незамысловатым запросам. И это было счастье! Да, она понимала: между ними такая огромная пропасть, но твердо решила, что снова пойдет подрабатывать и непременно еще посетит этот бутик, чтобы послушать музыку его волшебного голоса...

…Он шел домой, рассеянный и влюбленный во весь мир. Он был готов облететь планету и обнять солнце — и, будь у него крылья, он уже сделал бы это. Конечно, мысли, роившиеся в его голове, были ничем иным как просто наивными мечтами, которым было не суждено воплотиться. Она была так прекрасна и изысканна, и она никогда бы не обратила своего внимания на студента-бессребреника, изо всех сил старавшегося соответствовать уровню роскошного магазина, куда его взяли работать по просьбе хорошего знакомого. Но ему так хотелось, чтобы она пришла снова — пусть даже ничего не покупая, просто пришла и подарила ему еще одну такую же улыбку, как тогда, когда он бережно упаковывал ее покупки...

…Они провели еще целый год в полном неведении. Она выдавала себя за состоятельную покупательницу, он — за непринужденного и самоуверенного консультанта. И оба были на грани откровенности, но неимоверными усилиями сдерживали себя, играя свои нелепые роли. Как это и бывает, размеренный ход событий нарушил случай. Они оба оказались на студенческой вечеринке. Когда их взгляды встретились, музыка словно перестала звучать, ничего вокруг не стало. Он не видел, что на ней потертые джинсы «в облипку», она не заметила его дешевого, хоть и опрятного свитера. Это было так неожиданно и ошеломляюще, что они могли простоять так весь вечер, не проронив ни одного слова. Первым встрепенулся он – и, подойдя, тихо спросил: «Чего изволите?». «Я изволю провести этот вечер с тобой», — был ответ. И этот вечер действительно принадлежал только им. Спустя какое-то время они расстались, жизнь внесла свои коррективы неожиданно и резко. Но не было ничего плохого в этом расставании. Была только светлая печаль, так гармонировавшая со светлой резьбой осенней листвы над их головами…

…Он открыл глаза. За мгновение перед ним словно пронеслись кадры красивого, но грустного фильма о любви. Но ведь это был не фильм. Это все было с ним, было с ней, с ними! Он смотрел в темноту, словно пытаясь уловить очертания унесшей его милую мечту машины. И он принял решение…

…Это было в престижном офисе из бетона и стекла, в котором каждый день кипит жизнь, как в большом муравейнике. Молодой человек с пронзительными зелеными глазами подошел к девушке, сосредоточенно смотревшей в монитор, и в нерешительности замер. Она взглянула на него, не скрывая тихой радости от встречи, спросила совсем без иронии: «Чего изволите?». Голос ее прозвучал так тепло и нежно, как никогда ранее. «Изволю провести этот вечер с вами, — ответил он. — И все вечера в своей жизни тоже». И он бережно взял ее руку в свою ладонь, как если бы это была самая ценная вещь в мире…