ВОЙНА И ЛЮДИ. Интервью с ливанскими беженцами :: Такова жизнь

В начале зимы 2004 г. в редакцию обратилась 75-летняя жительница пос. Чкаловского Лидия Косенко. Ее дочь Галина, выпускница СШ № 5, в 1982 г. вышла замуж за арабского студента-мусульманина Хамзи Абудду и уехала с ним на его родину, в Ливан.
— Помогите оформить документы на поездку к дочери, — чуть не плача, сказала женщина. — Зима холодная, я бы пережила ее там с внуками в теплой стране, но паспортный отдел требует так много документов, что и всей зимы не хватит оформить.
Мы согласились помочь, и через некоторое время пенсионерка улетела в теплый Ливан, а когда вернулась, поделилась своими впечатлениями. Она рассказала о национальных традициях, о природе Ливана, о нежном отношении мужчин к женам и детям, о том, каким огромным уважением пользуется у местных жителей ее зять, работающий врачом (окончил Харьковский медицинский институт), в каком красивом богатом двухэтажном доме они живут, радовалась за троих внучат.
И когда начались бомбежки Ливана, я с тревогой вспомнил о Лидии Даниловне и позвонил ей.
— Дочь с детьми в воскресенье, 23 июля, приехала в Никополь, — сообщила она. — К сожалению, зять остался там. Он не только врач, а еще и председатель мэрии поселка Адлун.
Дом Лидии Даниловны буквально утопает в цветах. Небольшой огород разделен аккуратными грядками — несмотря на свой преклонный возраст, хозяйка весь день на ногах.
Из дома вышли Галина и ее дети — 23-летняя Катрин, 19-летняя Елена и 12-летний Виссам. Мы расположились за столом под густым виноградником. Галина закурила (в Ливане, как она пояснила, демократические нравы и для женщин нет определенных запретов, какие существуют в других арабских странах).
— У нас в столице Ливана Бейруте есть квартира, в которой живут дочери. У Лены должна была начаться летняя сессия. Мы уже заплатили деньги за обучение. Решила их проведать. Взяла с собой Виссама. Из новостей я знала, что члены подпольной военной организации «Хезболлах» захватили двух израильских солдат и потребовали от израильских властей обменять их на троих повстанцев, которые уже 20 лет сидят в тюрьме. Ни я, ни муж, а также наши друзья не придали этому событию особого значения. Такое случалось и раньше. Однажды «Хезболлах» также захватила троих заложников-израильтян, которых обменяли на одиннадцать арестованных повстанцев. Несколько раз израильский десант с неба высаживался на юге Ливана и уничтожал членов «Хезболлах». Руководство страны и некоторая часть ливанцев не поддерживали действия и тактику «Хезболлах». Поэтому никто не предполагал, что захват двух заложников может привести к военным действиям.
Мы пообщались с дочерьми, легли спать, а через некоторое время проснулись от мощных взрывов. Израильтяне бомбили новый аэропорт — гордость Ливана. По телевидению и радио сообщили, что Израиль объявил Ливану войну. Никто из членов правительства не выступил, видимо, они также были не готовы к такому повороту событий. Только через два дня премьер-министр Ливана и со слезами на глазах сказал, что страна полностью разрушена.
Масштабной эвакуации не было, каждый спасался от артобстрелов, как мог. Я хотела позвонить мужу с городского телефона, но связь уже не работала. Общались по мобильному. Хамзи сказал, чтобы мы ехали к нашим друзьям-христианам в горы. Просил быть очень осторожными. Но со мной не было паспорта, я оставила его дома. Хамзи обещал передать его через знакомых. Я очень надеялась, что через день-два этот кошмар закончится…
Внешне Галина и ее дети выглядят спокойными. Для них весь ужас позади. Но глаза их печальны. Что будет с их отцом, родственниками, друзьями, которые остались в самой горячей точке мира?
— Сначала в деревне у знакомых, где мы остановились, было спокойно, но потом начали бомбить и там, — продолжает рассказ Галина. — А ведь почти все население этой деревни не мусульмане, а христиане. Израильтяне сразу же разрушили все ливанские мосты, стационарные станции мобильной связи. Подвергли атаке птицефабрику, хозяин которой также христианин. Неужели они думали, что там скрывались террористы? Кстати, население Ливана на 40 % состоит из христиан. И они также страдают от войны, как и мусульмане.
Бомбили также целенаправленно машины с медикаментами и продуктами питания. Видимо, целью этих бомбежек было оставить население без средств к существованию.
В Ливане до эвакуации проживало 3 миллиона человек. 15 миллионов ливанцев еще раньше выехали из страны на заработки, в основном, в Сирию, Канаду и Америку. Летом в Ливане всегда огромный наплыв туристов. Израильтяне, конечно же, знали об этом. Первыми жертвами бомбежек стали два гражданина Кувейта. А то, что удары были произведены не спонтанно, а по конкретным объектам, и то, что израильские войска сразу же очутились на территории Ливана, лишний раз доказывает, что война эта была спланирована заранее, и израильтяне только ждали повод.
Оставаться в горах было опасно. Пришлось возвращаться в Бейрут. Перед нами выехало одно семейство на «пикапе». 23 человека, в основном дети. Позже мы узнали, что их автомобиль обстреляли с воздуха, все погибли. Каждая десятая машина не доезжала до места. Зачем израильским войскам стрелять в автомобили с мирными жителями, я не понимаю. У меня до сих пор в ушах жужжащий звук израильского самолета-разведчика, который целыми днями кружил в ливанском небе…
Сначала я обратилась в Российское представительство, так как мне сказали, что украинское посольство закрыли. Россияне сказали, что они ждут паром из Кипра, посоветовали обратиться к украинскому атташе. А тут как раз и паспорт мне передали через знакомых мужа. Нас вывозили девятью автобусами до Сирии, а оттуда самолетом в Киев. В это же время американское посольство вывозило своих граждан, а их в Ливане было более 25 тысяч. И бомбежки почти прекратились. В Киеве предоставили автобусы до железнодорожного вокзала. Были различные общественные организации, которые предлагали свою помощь.
Когда мы уезжали, сообщили, что в результате бомбардировок мирного населения 400 человек убиты, более восьми тысяч — ранены.
В Украину с нами летело свыше 800 беженцев. У одной женщины на руках были два новорожденных близнеца. Многие даже не знали, что стало с их оставшимися в Ливане родственниками.
— Говорят, что время лечит все. Но память остается изрыта глубокими воспоминаниями. Что будете вспоминать вы об этом страшном времени?
— Во-первых, свой дикий страх за детей. Это, наверное, самое страшное — осознавать, что ты не в силах уберечь детей от смерти. Запомнится мне, когда Виссам после очередной бомбежки положил мне голову на колени и тихо так говорит: «А что, обязательно сейчас умирать? Я ведь даже еще не женился…» (Катрин и Лена засмеялись, а Виссам от смущения покраснел).
— На ваш взгляд, что движет Израилем: желание освободить заложников, уничтожить членов «Хезболлы» или что-то еще?
— «Хезболлах» появилась в Ливане в 1982 году, когда Израиль оккупировал ливанские и палестинские земли, и начала вести активную повстанческую деятельность — взрывала израильские танки, уничтожала солдат, захватывала заложников. Израиль ведет захватническую политику, весь мир об этом знает, но не препятствует. Даже в украинских новостях информация о войне в Ливане подается с цензурой. Искусственно складывается такой стереотип: «все арабы — агрессивно настроенные, ведут войну, а евреи — это миролюбивый народ, который только и делает, что защищается от злостных арабов».
— Некоторые политики уже окрестили войну между Израилем и Ливаном «вечной». Вы так не считаете?
— Очень бы не хотелось в это верить. На моих глазах Ливан отходил от войны, отстраивался, люди начинали новую жизнь. Было построено много жилых домов, начали работать предприятия, наладился туристический бизнес, построили шикарный аэропорт. Внешний долг Ливана — 43 миллиарда долларов. Это самая большая экономическая проблема, которая стояла перед государством. Что будет теперь? Сможет ли Ливан снова возродиться? Израиль оправдывает свои действия борьбой с террористами. Но кто знает, где истоки терроризма? На мой взгляд, терроризм появился в ответ на масштабный государственный терроризм таких стран, как Америка, Россия, Израиль. Своей внешней агрессивной политикой эти государства-монстры породили аналогичных монстров — Усаму Бен Ладена, «Хезболлах» и им подобных.
— Войны наложили отпечаток на характер ливанцев? Стали они более замкнутые, хмурые?
— Ливанцы — очень дружелюбный и жизнерадостный народ. Я обратила внимание: когда заканчивалась бомбежка, ливанцы сразу же выходили на улицу, садились, разговаривали, кто-то в магазин бежал и все время предлагали помощь, говорили: «Только скажите, может быть, куда-то вас отвезти? Что-то дать из продуктов, одежды?»
— Когда все закончится, будете возвращаться в Ливан или останетесь в Украине?
— Однозначно, будем возвращаться. Виссам должен идти осенью в шестой класс, но теперь, наверное, школы еще некоторое время будут закрыты. Здесь он учиться не сможет, так как плохо понимает русскую речь, не может писать и читать. Лена только два года отучилась в университете. Нужно продолжать учебу. Молю Бога, чтобы с мужем ничего не случилось плохого. Для меня самое главное, чтобы все были живы и здоровы, а все остальное наладится.
В нашу с Галиной беседу вступила и Лидия Даниловна:
— Вы знаете, а ведь Катрин в прошлом году завоевала первое место на международном конкурсе топ-моделей, что проходил в Китае.
И как доказательство Катрин показала десяток фотографий с того престижного конкурса.
— Это то, что я успела взять с собой из бейрутской квартиры, — сказала она с небольшим акцентом, — участвовали 68 девушек со всего мира, в том числе и украинка, которая прошла в полуфинал. После победы на конкурсе меня приглашали на работу в ливанские модные журналы, для съемок в рекламе.
Вглядитесь в счастливые лица семьи Абудда. Они тогда еще и не подозревали, что станут жертвами чьей-то кровавой политики. Война разрушает семьи, мечту, налаженный быт.
Галина призналась, что ни секунду не думала о двух автомобилях, бытовой технике, сбережениях, которые остались в доме. Главное для нее было — сохранить детей. Теперь ее тревога за любимого мужа.
Не дай Бог никому испытать то, что испытала эта ливанская семья.
И все же жизнь, несмотря ни на что, продолжается. Виссам с удовольствием гоняет с местными мальчишками на велосипеде по никопольским улицам, помог бабушке Лиде выкопать лук на огороде. Катрин и Лена продолжают учить русский язык, коль теперь есть возможность углубить свои знания. Галина общается с родственниками и своей давнишней подругой-одноклассницей Ириной, которая проживает на 3-м участке. И каждый день звонит мужу, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Жадно смотрит с дочерьми телевизионные новости с репортажами о войне в Ливане.